Velikina Ekaterina (katechkina) wrote,
Velikina Ekaterina
katechkina

Categories:
Все случилось утром, где-то между девятью и десятью, у маленького панельного дома на улице N. На ветку сирени, третью от верхушки, уселся упитанный воробей. Уселся, чирикнул, да и расслабился. Если бы воробей расслабился на пятой, седьмой или даже четвертой ветке – истории бы не получилось. Но эта была исключительно вредная птица, и оттого акт дефекации произошел именно на третьей ветке и не сучком ниже. Клейкая струйка птичьего дерьма довольно долго скатывалась по листьям, и, наконец, остановилась на одном из них – том самом, что упирался в окно второго этажа панельной многоэтажки. Под тяжестью отходов птичьего желудка лист согнулся, и тоненький лучик солнечного света ворвался в спальню, спрыгнул с подоконника, пробежал к кровати, и остановился на Нинином носу.

Нина проснулась, зевнула от души, посмотрела в висящее напротив зеркало, и ужаснулась.
- Ох! А у меня нос! - вот как ужаснулась она. – Ну надо же!
И действительно, в этом утреннем и таком прицельном солнце выходило, что у Нины - нос, и не просто нос, а нечто выдающееся, и некоторым образом случайное – так это, приляпали, чтоб было в наличии.
- Ну нифига себе приляпали, - удивилась Нина, и встала с кровати, чтобы рассмотреть нос получше.
Невзирая на то, что беспощадный луч остался на подушке, нос проследовал за Ниным лицом точно так же, как Бобик за ливерной. И хотя это был уже самый обычный нос – чуть курносый, немного веснушчатый и без прыщиков, Нина была неумолима. Так уж устроены женщины, что пережитый ужас накрепко впечатывается в их память, наряду с рецептом пирога и датой выдачи аванса у мужа.
- Как флюгер на мэрии, - подумала она, застегивая платье.
- Гаже, чем у Сидоровой, - показалось ей в ванной.
- С этим неприлично жить, - заключила она перед трюмо, завершая макияж.
– Колинька, а когда у тебя аванс?
Муж Нины, Николай Петрович хоть и не был глух, и слеп и уж тем более не состоял на учете в психоневрологическом диспансере, вмиг приобретал все эти качества, едва речь заходила о финансах. Поэтому в первый раз он ответил очень односложно.
- Чиво? - спросил Коленька, и зевнул.
- Коленька, ты что, глухой? – удивилась ученая Ниночка. – Я же тебе говорю – аванс когда?
- А зачем? – спросил Коленька, и зевнул еще раз.
Пересчитав коленькины коронки, Ниночка окончательно обиделась.
- Затем что ты жлоб, - ответила ему она. – У меня нос большой и вообще!
В то утро Николай Петрович был слишком сонный, а оттого совершенно не заметил воронов, кружащихся на его головой: вместо того чтобы объяснить Ниночке, что никакого «носа» у нее нет, тем самым сохраняя семейные отношения и финансы, он зевнул в третий раз и изрек страшное.
- И что теперь? – сказал Коленька.
- Значит и ты заметил, что большой! – удовлетворенно вздохнула Ниночка. – А теперь только ринопластика!
Еще через 2 минуты выяснилось, что у Нины не одна беда, а целых две. Коленька не только не захотел давать денег на «какую-то уринопластику», но и вовсе даже обозвал ее дурой и бездельницей. Конечно же, Ниночка, не осталась в долгу и тут же напомнила Коле, что он такое же черствое мурло, как и его папа, но это не принесло ей должного удовлетворения. Как только за Колей закрылась дверь, Ниночка осталась с носом, причем как и в переносном, так и в непосредственном – прямом - смысле. Делать было нечего: наплакавшись от души, Ниночка принялась звонить Сидоровой.
- Знаешь, Лидочка, мало того, что он сказал, будто у меня большой нос, так еще и не дал денег на ринопластику!
- Что, прямо так и сказал!? – ужаснулась Сидорова.
- Ну не совсем так, - вздохнула Ниночка, - Но что-то вроде того. Да еще и дурой назвал, можешь себе представить?
- Вот ведь сволочь, - представила себе Сидорова. – И что теперь?
Услышав этот нехороший вопрос во второй раз, Ниночка всхлипнула.
- Не знаю, - честно ответила она. – Вот правда не знаю. Веришь?
- Верю, - посочувствовала Сидорова. – Может, сесть на диету?
- Какая диета?! - взвыла Ниночка. - Во-первых с меня и так штаны сваливаются – я тут из любопытства свой школьный костюм примерила… А, во-вторых, он ведь еще больше будет вытарчивать, нос-то!
- Да, беда, - согласилась Сидорова.
- Беда, - выдохнула Ниночка.
- Прям совсем беда, - еще раз посочувствовала Сидорова, и тоже зачем-то всхлипнула.
На этой похоронной ноте девушки и распрощались.

Лидочка Сидорова была та_самая_женщина_которая_Якобы_любит_себя (ключевое слово – якобы, потому что та_женщина_которая_действительно_любит_себя стоит в центре нью-йоркской гавани и собирает голубиное дерьмо). В то время как другие, не очень опытные женщины сутками жевали капустный лист и копили на мезотерапию, Сидорова старательно принимала свое тело «как есть» и пыталась быть позитивной. Поэтому неудивительно, что как всякая позитивно мыслящая женщина, она положила трубку, решив что Ниночка дура, и сразу же отправилась примерять школьные штаны.
Ох, эти школьные штаны! Если бы кто-то составлял коллекцию, я бы поставила их в ряд между раскаленной сковородкой и ведьминым креслом, как особый род пыток для слабого пола. Угу. Роди ребенка, построй дом, фикусов разведи, но если при всем этом ты не сможешь впиндюхаться в две кишки, именуемые брюками – все остальное не считается-привет-корова.
Лидочка кряхтела и так и сяк. Штаны стонали, но не сдавались. Она вдыхала, и выдыхала, и даже было устраивалась на диван, чтобы просочиться в материю лежа. Никак.
- На Нинке висят, - застучало в Сидоровских висках. – Болтаются парусом… Колышатся свободно… как лодки на море… в отпуске…
Отпуск! Сидоровская спина похолодела и покрылась мелкими мурашками. Согласно Лидочкиному плану, а также проспектам туроператора, уже через две недели она обязана оказаться на Мальте, в белом платье и толпах шоколадных мужчин, непременно с дайкири или-что-там-они-пьют, немного растрепанная, с огнем в глазах и…
У штанов был другой план, это Лидочка поняла сразу же.
- Халат-палатка, принятие бассейна в обеденный час, зеленый чай… ну и может быть, какая-нибудь не особенно популярная экскурсия, - прошипели штаны. – Ты любишь достопримечательности, Сидорова!?

- Слушай, Лель, я понимаю, что это звучит по идиотски…. Но мне за две недели нужно скинуть 20 килограмм!
Оля_которая_все_знает удивилась, но, как и положено девушке_которая_все_знает, сокрыла этот факт в себе.
- Запросто, - заверила Лиду она. – На завтрак - чай из веника, на обед - веник, на ужин – воспоминания и прожитом дне.
- И что, работает? – удивилась Лидочка.
- Еще как! А уж если от веника отказаться…. Кстати, а нафига тебе худеть?
Этот Олин вопрос застал Лидочку врасплох, и поэтому первый раз за всю свою жизнь она сказала правду.
- Я в отпуск поеду, - сказала Сидорова. – Уже через две недели. Мальта!

- Сережа, а у нас вообще есть отпуск? – спросила Лелечка и скрестила ручки на груди. – Или ты прописан на этой своей работе?
Невзирая на то, что всего пять месяцев назад Лелечка «стребовала себе на машинку», тем самым действительно привязав мужа к работе, вопрос ее был гениален, потому что предполагал всего две последующих реплики:
А) ну и где он?
Б) ну и мудак. Дожил до 33, и покупка какой-то там машины до сих пор выбивает семью из колеи!
Прекрасно зная своего мужа, Лелечка уже готовилась ко второму варианту ответа, с последующим разносом тела. Тело разносилось легко, просто, и быстро: неведомо каким образом Леле удалось родить ЕГО ребенка, а по сравнению с ЕГО ребенком все машины, пусть даже красные – терялись и меркли. Прекрасно зная свою жену, Сережа промолчал. Лелечка попыталась было попинать безжизненное тело в виде заявок «тебе нечего сказать» и уничтожительного «ты только посмотри на меня», но муж старательно изучал потолок и вздыхал, как работник соцслужбы. Через 40 минут Лелечка выдохлась.
- Ухожу к Петровой, доширак в буфете, детской еды не жрать! – сказала она, перед тем как хлопнуть дверью.

- Нет, без отпуска нельзя, - сказала Таня. – Это я тебя прекрасно понимаю.
- Ну вот представляешь, машину купил, а теперь мне всю жизнь за это расплачиваться, - вздохнула Леля, - Причем ведь гад – ну почти что себе взял, чтобы по магазинам его не таскала в выходные.
- Они всегда так устраиваются, - подтвердила Таня. – Мужики – хитрожопый народ.
- И как я теперь буду? Так на море хочу…
- Бедная!
- Бедная!

- А Ольгин, между прочим, купил ей машину… И в отпуск, кажется, вот-вот повезет… Саша, да оторви ты голову от компьютера!
Александр Павлович Петров ссутулился, сжался и стал напоминать глаз icq: вроде бы и зелененькое, и активное, но все равно не скажет ничего путного.
- Нет, я конечно понимаю, что там тебе интереснее, но все-таки!
- Да прекратить ты строчить эту свою хуйню!
- Ну сколько можно это повторять!
- Я сейчас же ухожу к маме!
- Александр! Павлович! Петров!

- чемодан в прихожей!

УПД
Бей птиц, дорогая.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 87 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →